Бронислав ПРИПЯТСКИЙ. КАТАСТРОФА
— Как головешки, только большие, — задумчиво проговорила Полина.
Иваныч набрал номер телефона начальника караула...
А на четвертом блоке крыша как-то боком приподнялась, наклонилась в сторону и полетела вниз, за ней верхние панели стен. Столб почернел и распушился искрами. Пар и дым, подсвеченные снизу мощным ядерным прожектором, рвались в звездную глубину неба. Там, выше трубы, они закручивались в букли сатанинского парика и расползались в стороны, образуя гигантский зонтик над промплощадкой.
Полина вынесла табурет наружу и села смотреть. Такого ей еще не приходилось видеть. Она не знала, что ТАКОГО еще никто не видел!
Искры сыпались совсем близко. Иногда пролетали далеко за дежурку, туда — на ОРУ, в лес. Одна «искра» упала рядом с правой ногой. Полина с любопытством пошевелила ее сапогом. Твердая! «Как камень, — подумала Полина. — Можа, каменный уголь?»
— Иваныч, у них что там, углем топят? — крикнула она.
— Да не должно, — свешиваясь из окна, проговорил старший.
— А ты гляди, как уголь: твердый и горит. Послышался вой пожарной сирены. Машин не было
видно. Они въехали с той стороны, во двор через вторую проходную.
Столб черного дыма, пара и пламени бушевал над четвертым блоком.
На фоне огненной стены мелькнули крошечные фигурки пожарников. Из их рук к столбу протянулись тоненькие паутинки водяных струй.
— Чего-й-то они туда полезли? Нешто с таким можно справиться?! — как бы про себя размышляла Полина. — А водичку-то, водичку льют, как из соломинки. Видно, все же уголь загорелся. Склад, наверно. Вишь, шо делаться! Столб пара и дыма не уменьшался. Теперь он
расправился. «Искры» вылетали реже. Темно-малиновое пламя свечой стояло над зданием, заканчиваясь клубящимся облаком пара и копоти, из которого на окружающую местность, на лес, на Припять, на села и города падали капли горячего дождя, такого же, какой когда-то оросил Хиросиму и Нагасаки... Впрочем, не такого. Во много раз опаснее! Но еще никто не знал об этом...
Мимо дежурки промчались две машины скорой помощи, а за ними следом пожарные машины. «Из города», -решила Полина. Одна скорая через несколько минут пронеслась обратно. А ей навстречу сплошной колонной с включенными маячками на большой скорости летели пожарные машины. «Надо же, Чернобыльские», удивилась Полина. Она поежилась. Что-то тревожное, страшное случилось. Забрав табуретку и почему-то тщательно прикрыв за собою дверь, она поднялась в комнату и села к окну наблюдать за происходящим.
Ни она, ни кто-нибудь другой еще не знали, что смертельная, коварная опасность нависла над ней, над ее семьей, над припятчанами, которые спокойно спали в эту теплую ночь с открытыми окнами и не подозревали, что к ним, беззвучно скаля в сатанинской улыбке белые зубы, вползала Смерть. Она была без косы! Нет, вы умрете не сразу! Медленной смертью!.. Щупальца радиации обнимали спящих людей. Бесчисленные жала радиоактивных излучений пронизывали насквозь, убивая все живое на своем пути, все живые клетки тканей! Они не щадили ни взрослых, ни стариков, ни детей.
Радиоактивность и Жизнь несовместимы! Капли теплого дождя, падающие вокруг в ночном мраке искры, невидимая пыль ядерного топлива — это месть Природы неразумному Человеку, возомнившему, что его власть над ней безгранична, что он — руководящая сила на Земле!
И некому остановить эту Власть, гребущую все под себя и не думающую о Потомстве...
Любой из пяти миллиардов жителей Земли на месте Полины точно так же не знал бы, что уже включен хронометр, отсчитывающий часы остатка жизни этой молодой, пышущей здоровьем, женщины...
Ни запаха, ни цвета, ни вкуса — ничего, что могло бы выдать присутствие коварного врага всего живого -радиации. Ни Полина и никто другой еще не могли знать, что красавец сосновый бор вокруг АЭС тоже уже обречен, и что скоро он станет рыжим, как опавшие листья глубокой осенью. Изумрудная зелень хвои превратится в рыжую пену ржавчины на еще полных сока, но уже черных мертвых ветвях деревьев, которые не умели, не смогли никуда убежать и приняли смерть стоя там, где жили и росли. Затем жестокий ветер стряхнет с них последний налет былой жизни и красы — ржавую хвою — и почерневшие голые ветви загробного леса безмолвно протянутся вверх, как страшный укор Человеку. Как грозное предупреждение — Человеку! Нельзя разрешать маньякам играть судьбами людей, Жизнью планеты.
2.
Измерения шли нормально. Финский анализатор работал хорошо. Молодцы все-таки ремонтники, подштопали...
Глухой удар, дрожь стен и пола, треск и скрежет обваливающейся балки. Пыль и пар из лопнувших трубок... Почти сразу же в коридоре ожили звонки громкого боя: «опасная радиация»!
В помещении белесая мгла. Желтым пятном сквозь сплошную завесу пыли пробивается свет переноски... Нечем дышать...
— Ваня! — закричал Иван Ильич, очнувшись после
мгновенного испуга.
В коридоре в ответ продолжали надрываться звонки громкого боя, а здесь свистел пар из трубок, и журчала текущая откуда-то сверху горячая вода.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
Если вам понравился пост, вы можете оставить комментарий или подписаться на RSS и получать каждый новый пост из этого блога.
Комментарии
Еще никто не комментировал.
Оставьте комментарий