Бронислав ПРИПЯТСКИЙ. КАТАСТРОФА
Новый начальник РЦ-1, покладистый добродушный человек сглаживал армейские привычки в руководстве Никанорыча. Но характер последнего взял свое и проявился полностью, когда образовался второй реакторный цех РЦ-2 , включающий третий и четвертый блоки. Цаглин стал его начальником. Самостоятельным.
Был как-то случай. Крановщица подошла к нему просить отгул. Женщина работящая. Передовик. Никогда не отказывалась поработать подольше, если необходимо, если требовалось по работе. Отгулов у нее было много. Берегла к отпуску. А тут появилась необходимость взять один день к выходному. Написала заявление, подписала у мастера, нашла подмену. Все, как водится, и к Никанорычу.
Долго он крутил заявление, а потом сказал, что ему сейчас некогда. Пусть оставит, он потом посмотрит.
Оставила Дуся заявление, поблагодарила и уехала.
После выходных разыскали ее. Говорят, что начальник вызывает. Пришла. А Цаглин на нее: почему, дескать, на работе не была? Расстроилась Дуся, расплакалась, напомнила, как было дело. А он и говорит:
— Нечего мне напоминать. Память у меня хорошая. Вы
без уважительной причины не были на работе. Я вам
поставил прогул. А в следующий раз лишу премии.
— Я же оставила вам заявление. Вы обещали подписать!
— растерялась та.
— Не подписать, а посмотреть. Это разные вещи. Вы не имели права на отгул пока я не подписал заявление. Идите работайте и заберите свою бумажку.
Вот так. Такой-то он Никанорыч.
Работа персонала РЦ-2 заключалась тогда в курировании строительно-монтажных работ, то есть в контроле. Часто поставлялось не то оборудование, которое полагалось по проекту. Если Никанорыч считал замену возможной, то разрешал ее своей властью. Вносил в чертежи изменения и сам расписывался. Монтажники уважали его за то, что не боялся ответственности, что «не тянул кота за хвост» и «не наводил тень на плетень». Надо — на! И роспись.
Вот такой он, Никанорыч.
Именно в это время был назначен заместителем главного инженера по новым блокам после неудавшегося партийного секретарства Фокин Вадим Алексеевич, которому с первых же шагов пришлось уйти в сторону от работы Никанорыча. Тот недвусмысленно дал понять, что «в чужой монастырь со своим уставом не ходят». Дескать, погуливай, почитывай, пописывай, а мне не мешай. Вот тогда-то и решил Фокин почитать физику реакторов. И в дела реакторные больше не вмешивался.
Никанорыча это устраивало. Фокина тоже. Оба понимали, что надо жить в дружбе. В этом успех обоих. Хотя Цаглин в душе презирал дилетанта.
Такие отношения сохранялись у них и в дальнейшем. Даже укрепились, стали дружескими. А с пуском четвертого блока Цаглина назначили заместителем Фокина по второй очереди.
— Здорово, Вадим, — меряя красную ковровую дорожку своими ходулями, сказал Цаглин.
— Здравствуй, Степан, — не поднимая головы от бумаг, приветствовал Фокин. — Проходи. Что у тебя?
— Программу испытаний принес.
Цаглин подошел к большому столу главного инженера и положил на угол пачку отпечатанных листов.
Фокин не взглянул. Перед ним лежала раскрытая толстая тетрадь в красном переплете с пометками о только что законченном разговоре с Рыковым.
— Да ты садись, — пригласил он. — Понимаешь, сложная ситуация...
Главный растягивал слова, как бы размышляя вслух и приглашая Никанорыча принять в этом участие. Ему надо было с кем-то посоветоваться, подтвердить правильность своего решения. Первый блок не позволял в этот раз так просто отмахнуться от него. Приход Цаглина обнадеживал. Это тот, кто ему сейчас нужен.
— Только что перед твоим приходом Рыков звонил. У них там, видно, что-то стряслось. Просил подождать с остановом...
Лицо Цаглина напряглось. Он знал, что медлить с остановом четвертого блока нельзя, но и на первом ситуация пред аварийная.
— ...первого блока, — докончил Фокин. — Я обещал. Улыбка тронула тонкие губы Никанорыча.
— Правильно. Перебесятся. Пару дней — ничего не случится.
— Спасибо тебе, — облегченно вздохнул главный. -Успокоил. А то я сомневался. Дырок у них там многовато. Не завалились бы. А тебе три дня срезали, -виновато улыбнулся он и взглянул на Цаглина. — Но объем работ утвердили. Поджимает Главк. Сказали, дескать, хорошо хотим жить, а надо и о стране подумать. С энергией туго...
«А когда с ней было легко?» — подумал Цаглин. Он молчал. Сидел ссутулившись за приставным столом, вытянув ноги, упиравшиеся в стоящее напротив кресло. Он смотрел в окно на огромный слепой бетонный куб — скелет здания следующей, третей очереди станции. Вокруг него беззвучно махали стрелами краны на тоненьких как соломинка ножках, сновали игрушечные автомобили-самосвалы. Там, далеко, за сливным каналом лес уже давно вырублен, и пыль поднимается выше строительных конструкций. Казалось, что это действующий макет стройки, открытый со всех сторон для обозрения.
Возводилась точная копия третьего и четвертого блоков. Опять в одном здании. Опять реакторы подняты высоко над землей. Блоки-близнецы...
Цаглин смотрел туда и не видел. Он думал.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
Если вам понравился пост, вы можете оставить комментарий или подписаться на RSS и получать каждый новый пост из этого блога.
Комментарии
Еще никто не комментировал.
Оставьте комментарий